эссе о переносе аналитика на ИИ-чаты и пределах конфиденциальности
Чтобы сохранить тайну, мы нередко делаем то, что в клиническом смысле ближе к ее разрыву. Материал сессии помещается в среду не заключавшую аналитический контракт и не несущую ответственность за судьбу материала. Здесь мы видим разгерметизацию контейнера удержания, трещину в аквариуме, откуда вместе с водой уходит то, что держит давление анализа. Функция удержания смещается на ИИ, вместе с фрагментом наружу уходит часть психической работы аналитика, а обещание тайны, как внутренняя сторона аналитической рамки, подрывается и получает иного адресата. С кем в этот момент анализант заключает контракт на тайну?
Мы можем узнать себя в знакомом движении, рука уже потянулась к «быстрому ответу», а внутри еще звучит требование рамки: «не торопись», «не подменяй не-знание», «не снимай тревогу ценой утраты герметичного пространства». Здесь мы обнаруживаем поле напряжения, в котором метод и желание облегчения расходятся.
Вопрос, который уже поставлен в начале, далее выступает как вопрос-предмет всего эссе: предлагается исследовать «кто и что» в момент копирования материала в чат оказывается втянутым в обещание тайны.
Ниже разворачивается линия от обещания удержания к смещению работы, затем к фигуре цифрового объекта, к внешнему зеркалу данных и ролевому промпту, как усилителю переносной экономики.
Тайна как обещание удержания
Конфиденциальность в психоанализе является функцией рамки [1], внутри которой тайна переживается как то, что сказанное будет удержано и не уйдет туда, где будет использовано вне логики анализа. ИИ выступает здесь потенциальной угрозой в обещании удержания.
Идеи удержания и контейнирования создают язык для того чтобы стало возможным преобразование аффекта в мысль [2, c. 9–10].
При помещении материала сессии в ИИ часть работы по удержанию и контейнированию смещается на этот объект, который не несет ответственности за его судьбу вне диады.
Вероятно, это переживается как облегчение и все же это больше похоже на изменение топологии двух, ранее упоминаемых, элементов, что делает тему переноса не «рядом» с конфиденциальностью, а составляет ее внутреннюю часть.
Перенос на ИИ-объект как форма размещения функции
Интерсубъективные модели напоминают, что аналитическое поле не сводится к сумме двух индивидуальностей, возникает качество совместного «третьего», принадлежащего процессу [4, c. 14]. Платформа ИИ этим третьим не является, но она может становиться «инфраструктурным третьим», немым участником, встроенным в цепочку, где материал получает иную судьбу, нежели в диаде.
ИИ-чат в такие моменты функционирует как объект переноса аналитика. На него переносятся ожидания знания, нейтральности и сохранения тайны, то есть ожидания, которые в анализе адресуются рамке и аналитической функции [3, c. 1–6].
Отсюда три узнаваемые конфигурации, как варианты одного механизма:
1) идеализация посредника как источника «готового смысла»;
2) обесценивание и контроль через промпт, как попытка сделать внешний объект «аналитиком» ;
3) расщепление профессионального Я — в диаде сохраняется одна версия работы, в чате другая, более допускающая снятие напряжения.
После сессии возникает импульс «привести в порядок» мысль через чат. Сжать, переформулировать, «как для коллеги». На мгновение падает неопределенность. Затем следует рационализация: имена убраны, это черновик, сервис не человек. Здесь важнее не юридическая буква, а клинический поворот. Не перенос ли это на объект, который обещает знание без цены ожидания и не сдвиг ли удержания наружу? Обращение к чату может быть быстрым способом отвести невыносимость паузы и неопределённости, цена — редукция аналитической функции до получения готовой формулировки. И снова та же мысль — внешний объект подменяет удержание.
Данные и право. Внешнее зеркало той же фантазии
Правовой дискурс и киберпсихологические исследования цифровой среды ломают иллюзию полного контроля, обезличивание не тождественно клинической тайне, а риски идентифицируемости могут нарастать незаметно для автора запроса [5, c. 294–296].
В русскоязычной дискуссии об ИИ в психологической практике описаны утечки, правовая неопределённость и смешение ответственности [6, c. 677–679]. Это считается внешним подкреплением того, что внутри уже устроено как фантазия технической безопасности и гарантия конфиденциальности, замены работы удержания.
Ролевой промпт как усилитель той же переносной экономики
Ролевой промпт «отвечай как психоаналитик» создает иллюзию коллегиального третьего, но не порождает аналитический сеттинг. Номинация роли ускоряет подмену, внешний объект начинает знать раньше, чем выдержана неопределенность. Это так же отсылает нас к рекомендациям, данным нам Фрейдом, говорящим о важности свободно парящего внимания [7].
И здесь мы вновь возвращаемся к переносу на ИИ для того чтобы снять бремя не-знания, неопределенности ценой сдвига рамки.
Следующие вопросы направляют внимание на то, какой субъект аналитика в этот момент оказывается в связи с цифровым объектом и что из этого возвращается в кабинет:
— Cдвигается ли контрперенос в стыд и не покупается ли облегчение у чата ценой нарушения тайны?
—Не маскируется ли под «ответственность за анализанта» на самом деле контроль над собственной уязвимостью?
— Не является ли обращение к чату действием вместо переживания того аффекта, который в этот момент не удерживается в диаде?
—Используется ли чат как третий, который разгружает напряжение между аналитиком и анализантом и кого тогда символически выгоняют из кабинета?
—Меняется ли тон к анализанту после консультации с чатом? (Например, становится более уверенным, более холодным, более интерпретирующим).
— Если бы супервизор спросил прямо: «копировали ли вы фрагмент в ИИ?». Что первым всплывает?
—Есть ли мотивация не говорить в супервизии об обращении к чату и чем это мотивировано?
Вывод
Обращение аналитика к ИИ-чату с клиническим материалом это не нейтральный технический жест, в нем цифровой объект начинает выполнять функцию, близкую к удержанию и контейнированию, возможно, это значит что активируется перенос аналитика на внешний посредник. Вместе с фрагментом текста наружу смещается часть психической работы, при этом нарушается то самое обещание тайны, на котором держится аналитическая рамка.
Здесь и собирается то, что в начале было задано как парадокс: сохранить тайну через действие, которое по своей структуре ближе к передаче тайны вне диады.
Достаточно одного разговора на стороне, чтобы на идеальной поверхности аквариума проступила призрачная нить надлома, превращая безопасный контейнер в сочащуюся рану, откуда вместе с водой утекает сакральность пространства.
Так с кем же в этот момент заключается контракт на тайну?
Библиографический список
1. Голдсмит Г.Н. Терапевтический сеттинг в психоанализе и психотерапии / пер. А.Мирза // Журнал практической психологии и психоанализа. —2009. — № 2. — URL: https://psyjournal.ru/articles/terapevticheskiy–setting–v–psihoanalize–i–psihoterapii (дата обращения: 02.07.2026).
2. Куттер П., Мюллер Т. Психоанализ: введение в психологию бессознательных процессов. — М.: Когито-Центр, 2011. — С. 9–10.
3. Психоаналитический сеттинг / Межрегиональная статья; пер. М. Немировская; ред. Т. Алавидзе // Международная психоаналитическая ассоциация (IPA). Encyclopedic Dictionary of Psychoanalysis. — URL: https://www.ipa.world/IPA/IPA_DOCS/PDFDocuments/ED/Setting_Russian.pdf (дата обращения: 02.07.2026). С. 1–6.
4. Огден Т. Мечтание и интерпретация: Ощущая человеческое / пер. с англ. А. Ф. Ускова. — М.: Независимая фирма «Класс», 2001. — С. 14.
5. Афанасьев И. В., Афанасьева И. В. Этические и правовые аспекты использования искусственного интеллекта в психологической практике: анализ и пути регулирования // Ученые записки университета им. П. Ф. Лесгафта. — 2025. — № 6. — С. 294–296.
6. Фрейманис И. Ф., Шляпов И. В. Риски применения технологии искусственного интеллекта для психологической помощи: взгляд психолога и разработчика // Russian Journal of Education and Psychology. — 2025. — Т. 16. — № 5. — С. 677–679.
7. Совэр П. Фрейд, Салливан и аналитическая позиция / пер. с англ. Ю. Моталовой // Журнал практической пsихологии и психоанализа. — 2020. — № 2. — URL: https://psyjournal.ru/articles/freyd–sallivan–i–analiticheskaya–poziciya (дата обращения: 07.07.2026).
Автор статьи: Кулина Анна Сергеевна
Кулина Анна Сергеевна.
Магистр 1 курса ВЕИП, член ЕКПП.